Юдкин Д.Н.

​Сегодняшняя блогосфера завалена материалами и рассуждениями о непримиримой борьбе коммунистов, нео-сталинистов, продвигателей идеи "Советский Союз-2" и либералов (ох, как же любят их ругать и клеймить в "патриотических" изданиях!). Безпощадной и непримиримой. Но безпощадной в своей непримиримости она выглядит только в глазах невежественного в духовных вопросах обывателя, знакомого с историей собственного народа исключительно лишь в интерпретации массионариев.

​Несколько дней назад Большой зал Центрального Дома литераторов — центральной литературной площадки России - принимал гостей, пришедших поздравить с юбилеем Владимира Григорьевича Бондаренко, редактора газеты «День литературы». Был аншлаг. А через три дня, 25 февраля, в этот же зал организаторы уже приглашали на поэтический вечер, посвященный 75-летию поэта Юрия Кузнецова, безвременно ушедшего от нас в 2003 году. Увидев афишу, с грустью подумала: «Вряд ли соберется народ, с таким коротким интервалом практически невозможно иметь аншлаг, будет полупустой зал». Забегая вперед, скажу, что организаторы также сокрушались, были волнения по этому поводу. Пришла на вечер к самому началу, и каково же было мое удивление, когда, войдя в зал, я не обнаружила ни одного свободного места.

​Есть в Луганске памятник Далю,

На камне мудрый сидит человек:

Здесь родился-характер из стали,

Здесь в музее остался навек.

​Корр.: Отец Кирилл, бурлит интернет, происходит массовое брожение среди мирян. Уже несколько священников публично выступили с критикой грядущего Собора, выражали тревогу в связи со встречей в Гаване. Удивляет молчание с вашей стороны. Что сейчас Вас заботит?

Иг. Кирилл: Проблемы глубинки – пьянство, вымирание. Разрушающиеся сельские храмы.

​Сколько раз писал я о том, что ИГИЛ давно уже у нас, в России! Более того — в столице! Но власти российские так не считали. Теракты и диверсии по всей стране и ежедневная резня в Москве — это для них не факты. Это так себе, случайности, совпадения, «бытовуха», «преступность национальности не имеет». Чеченцы до полусмерти избивают арматурой русских солдат — Интернет гудит, как улей, но ни по одному каналу ТВ об этом ни гу-гу. Через два дня узбечка отрезает голову русской девочке, сжигает квартиру ее родителей и с криком «Аллах Акбар!» шествует по улице, размахивая головой ребенка. Телеящик об этом даже не заикнулся. Лужкова давно нет, но его идеи живут и побеждают: «Нельзя, недопустимо разжигать ненависть к иммигрантам».

​Справедливости ради стоит отметить, что предсказание Екатерины II практически сбылось: за почти полуторавековую историю ордена им было награждено более 10 тысяч мужчин. И всего лишь одна (!) женщина. Имя этой героини Римма Иванова.

Она родилась в Ставрополе 15 июня 1894 года в семье казначея ставропольской духовной консистории. В 1913-м окончила Ольгинскую гимназию, в которой была одной из лучших, и пошла работать учительницей в земскую школу села Петровское Благодарненского уезда.

​Вряд ли ошибусь, если скажу, что можно прожить жизнь и не встретить человека, достойного стать главным персонажем литературного произведения. Да, литература – не жизнь и жизнь – не литература, однако хочется порой, чтоб все вокруг заиграло такими красками, чтоб каждое мгновение до последнего вздоха помнилось. Но нередко не понимаем мы и не желаем понять, что краски эти мы видим, может быть, ежедневно. Вернее, смотрим на них. А видят немногие. Недаром и совсем не для красного словца сказано: «Когда б вы знали из какого сора растут стихи, не ведая стыда» или «Я могу из падали создавать поэмы, я люблю из горничных делать королев».

​Русские националисты требуют от правительства визового режима.

В Москве произошла трагедия, свидетельствующая о провале действующей миграционной политики РФ и советской, по сути, политики многонациональности и дружбы народов в стране. У станции метро «Октябрьское поле» на северо-западе российской столицы была задержана 38-летняя уроженка Узбекистана Гюльчехра Бобокулова с отрезанной головой четырехлетней русской девочки в руках. По свидетельству очевидцев, она выкрикивала «Аллах акбар!» и угрожала себя подорвать.

​- Что, солдат молодой, седина на виске?

Ты ведь молод! Ты так еще молод!

- Помнишь Славянск? То небо… И я в марш-броске…

Месяц-май, а в душе – дикий холод…

​Далеко-далеко, за дальними далями

Есть для сердца родной уголок,

Но туда мне нельзя, он покрылся печалями,

И давно его дым поволок…

​ Недавно случайно наткнулась на ленту украинских новостей: около 1000 женщин приняло участие в АТО на Донбассе. Эта новость натолкнула меня на ряд размышлений по этому поводу, и возникло масса вопросов. Почему эти женщины участвовали в АТО? Как они туда попали? Это была волна мобилизации, от которой они не смогли уйти или женщины-добровольцы? Что они делали в АТО? Это были медики или женщины-воины, уничтожающие «сепаратистов и террористов»? К сожалению, в статье, кроме сухих данных о тысяче женщин-АТОшниц никакой разъяснительной информации не последовало. Но в моей памяти всплыли нелегкие воспоминания о начале военных действий на Донбассе, и эти воспоминания связаны с женщиной-снайпером.